Жили-были дед да бабка. Жили дружно, ровно, зря не аргались: уйдет бабка, бывало, в лес по грибы, а дед по хозяйству шурудит. Вечером жареху из красноголовиков сгоношат, поедят, пивасиком или бражкой заполируют, — но сильно не назюзьгиваются, а так, больше для веселья. По субботам в бане парятся: один бздает, другой вехотку мылит, — короче, не семья, а прямо тишь, гладь, образец для подражания. Хозяйство кое-какое за жизнь организовалось: дом, огород. Из живности, правда, только собака Жучка да кошка-богатка Мурка. Но много ли старым и надо-то? Была у них еще внучка, да такая бойкая, что оторви ухо с глазом, оба разом. Но деду с бабкой помогала — и в огороде с ними вожгалась, и если принести чего — живой ногой отсюда дотуда сбегает. Жили они себе так, поживали, да уж совсем состарились: у деда волосок, и тот наискосок, а бабка нитку в иголку, бывало, по полдня вдевает и на ухо стала туговата: ее орут — кричат, а ей хоть что, такая стала глухая пепа.
А главное, характер испортился: чуть что не по ее, губа ковшичком и по неделе с дедом не разговаривает, сидит кокорой. Дед ее, бывало, спросит, чего, мол, беспределишь, а она в ответ кастрюлю об пол хлесь-хабаресь: я-де уродуюсь тут, готовлю, примываюсь, стираюсь, а ты мне за просто так ни здравствуйте, ни спасибо. И по целым дням такой шурум-бурум, бедный дед уж лишний раз и не выступит — уйдет в огород и помалкивает как в рот дыры нету. Или с внучкой на речку уйдет: малая в воде палькается, а он на бережку сидит, на солнышке греется.
Вот как-то пришли они с внучкой домой, а на бабку опять блажь навалилась. Принялась она деду выговаривать: вот садишь ты, мол, свеклу и моркву, и вечно у тебя только ботва растет. Не корнеплод, а чушь одна. То ли дело моя грядка: вот у меня рука легкая, оттого и овощ крупная получается. Пилит его, короче, и пилит. У деда аж башка затряслась: да как так-то! И подумал он: ну бабка, ладно, я тебе докажу, что это у тебя фляга свистит, и ни при чем тут вовсе мои корнеплоды.
И посадил дед репку. И выросла репка большая-пребольшая: рук не хватит обхватить. Уж как дед обрадовался! Позвал бабку: на, дескать, посмотри, у кого из нас рука легкая? Вон какая репка выросла — отсюдова и аж вон докудова. А бабка ему и говорит: чем орать как дикошарый, ты ее теперь попробуй вытащи.
Стал дед репку из земли тащить: тянет-потянет, вытянуть не может. Ну, посидел малехо, пооклемался, опять тащит — вытянуть не может. Взялась тогда бабка за дедку, дедка за репку: тянут-потянут, вытянуть не могут. Позвала бабка внучку. Внучка за бабку, бабка за дедку, дедка за репку: тянут-потянут, вытянуть не могут. Кликнула внучка Жучку. Жучка за внучку, внучка за бабку, бабка за дедку, дедка за репку: тянут-потянут, вытянуть не могут. Позвала Жучка кошку. Кошка за Жучку, Жучка за внучку, внучка за бабку, бабка за дедку, дедка за репку: тянут-потянут, вытянуть не могут. Кликнула Мурка мышку. Мышка за кошку, кошка за Жучку, Жучка за внучку, внучка за бабку, бабка за дедку, дедка за репку: тянут-потянут — вытащили репку.
…Вот такие пирожки с котятами!