Содержит более 310 лексических единиц, включая производные, а также толкования слов и выражений и примеры словоупотребления. Рассчитан на широкий круг пользователей.
Язык современного российского города — сложное образование. Он представлен различными «нестандартными» формами русского языка (включениями литературной речи, просторечными формами, элементами территориальных и социальных диалектов). При этом язык любого города может иметь ярко выраженные на разных языковых уровнях местные черты. Подавляющее большинство горожан — это своего рода «билингвы» или «полилингвы», которые способны в различных сферах общения «переключаться» на средства литературного языка, городского просторечия, профессионального или группового жаргона, а иногда и на речь с элементами местного диалекта. Каков смысл такой непохожести языка одного города на язык другого? Каждый современный город стремится иметь СВОЙ ЯЗЫКОВОЙ код, ПОЗВОЛЯЮЩИЙ отличать СВОИХ от чужих.
Языковой портрет города активно изучается современными учеными. Особенности речи жителей Санкт-Петербурга описал В. В. Колесов, ученые Омскою университета (II. Л. Гайдамак, В. И. Осипов, А. Л. Юнаковская и другие) создали «Словарь современного русского города», в котором дана характеристика около. 11 000 слов, типичных для речи ОМИЧЕЙ.
Л. Л. Шкатова описала речь жителей г. Челябинска, Е. Л. Яковлева — Уфы. Как яркую черту устной русской речи уфимцев, например. Е. Л. Яковлева определила наличие в ней тюркизмов (башкирские, татарские, чувашские слова, другие тюркские языковые элементы звуки, интонации). Своеобразный региональный словарь создан Т. Г. Никитиной — в нем описано около 2000 региональных ЖАРГОНИЗМОВ, характерных для молодежной речи Пскова (топонимы п микротопонимы, прозвища известных в городе людей, названия изделий местной промышленности).
Речь города Пермь давно и активно изучают социолингвисты Пермского государственного национально-исследовательского университета профессора Т. И. Ерофеева и Е. В. Ерофеева. По наблюдениям ученых, Перми присущ специфический выговор так называемое закрытое произношение, воспринимаемое как «проглатывание» гласных звуков. Существует шутливое объяснение этому явлению: произношение звуков почти не открываемой, неподвижной нижней челюстью есть не что иное как стремление не открывать широко рот, чтобы на уральском морозе не поймать простуду). К типично пермским фонетическим чертам также относятся оканье, почти ПОЛНОЕ выпадение звука «j» между гласными В словах типа сделаэм (вместо сделаем), платте (вместо платье), Менее заметно неспециалисту сохранение огубленности при произношении редуцированного звука О в безударном положении, ослабление аффрикат (сэллофан вместо целлофан). Характерной уральской интонацией считается особое «поющее» повышение тона в конце фраз.
Немало особых черт мы видим и в пермском синтаксисе. Например, только у нас для подтверждения чего-либо, выражения согласия используется «дак да» («Когда Вы слышите запах, Мы вспоминаете о чем-то? — Ну дак да»). Для перечисления, в значении «и так далее» жители Перми нередко используют сочетание да чё да (Мы посадили картошку, морковку, свеклу да чё да; Щас помногу не рожают по одному да по два да).
Речь жителей Перми характеризуется обилием коми-пермяцких и тюркских лексических заимствований (балька — овца, кага — ребёнок, туес — коробка из бересты с крышкой, утлан — мальчик-подросток, дуван — сквозняк, из тюркского названия высокого, открытого места). Масса слов закрепилась в местной традиции в значениях, нетипичных для других территорий. Так, документ с надписью, дающий право на прием врача, в Перми называют талоном, тогда как в других русских городах это бирка; словом вичка пермяки в отличие от жителей других российских городов называют небольшой прутик. Пермяки используют большое количество диалектных слов: жареха — блюдо из жареных грибов, синявка — сыроежка, вертоголовый — непоседливый, непослушный, простодырый — бесхитростный, бескорыстный.
Устойчиво жителями Перми для обозначения подосиновика используется слово красноголовик (по данным диалектных словарей, оно типично для сельских жителей Архангельской, Псковской, Тверской, Новгородской, Владимирской, Костромской, Московской областей и Среднего Урала). Как показали недавние исследования известного социолингвиста профессора ВИ. Беликова, в основном в Перми распространено название окурка «чибон» (на севере края в этом значении используется слово хабон).
Сугубо пермскими являются многие фразеологизмы. Так, выражение «как Дунька с Бахаревки» употребляется для описания странной, ненормальной, имеющей экзотический внешний вид барышни (Вот не понимаю я тебя: пришла на встречу с серьезными людьми, а сама вырядилась как Дунька с Бахаревки. Не у всех такие широкие взгляды на то, как должен выглядеть заместитель директора!). Сейчас уже мало кто помнит, что когда-то Бахаревка была овощной плантацией Перми, а овощи здесь выращивали жительницы близлежащих к Перми сёл.
Наиболее колоритными в создании речевого облика Перми являются неофициальные разговорно-бытовые наименования городских объектов: Башня смерти (о здании краевого Управления внутренних дел), иронически-ласкательное название района Закамск — Зоокамск, микрорайона Пролетарский — Пролёт. Ироническое название памятника героям фронта и тыла на городской эспланаде «Такси, такси!» — пример не столько затирания национальной исторической памяти и самосознания пермяков, сколько реакции горожан на заидеологизированность центра столицы края. Скульптурная композиция памятника состоит из трёх человек, с определенных ракурсов запечатленные автором жесты напоминают жесты пытающихся поймать такси в сторону железнодородожного вокзала (После регистрации в ЗАГСе молодожены обязательно фотографируются возле ТАКСИ, ТАКСИ).
Не все в Перми поддается рациональному истолкованию, в том числе и необычная речь ее жителей. «Языку чем чуднее, тем милее», — сказал тонкий ценитель народной речи знаменитый писатель Валентин Распутин. Многообразие словаря, богатейшая вариативность языка пермской улицы -яркая черта внутренней жизни краевой столицы. Одно из наиболее заметных свойств бытовой речи Перми — народное словотворчество, языковая игра, стремление пермяков сохранить «необщее» выражение лица.
И. А. Подюков,
доктор филологических наук, заведующий кафедрой общего языкознания ПГПУ